Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

black

Писатель Михаил Булгаков был в Хунзе

А вы не знали? Я тоже не знал.

Я много раз слышал о классической непроходимой глупости, но воочию наблюдать не доводилось. Потому в восторге. Копипаст, конечно, ныне почти у всех в фаворе, но мозг-то надо включать.

Вот скрин с моего сайта с разоблачением мифа о Хунзе (сам текст с продолжением здесь), стоит обратить внимание на выделенный текст:




А вот люди скопипастили и немного подправили. В общем, трепещите, булгаковеды, вы многое не знаете о Михаиле Афанасьевиче. Может, "Записки юного врача" он как раз в Хунзе и писал? И хунзакутов лечил?

Collapse )
black

Взгляды

Справа налево. Умудренный опытом, любопытствующий и...

Взгляд у товарища неприятный. Для меня в этих трех - наглядная разница: ислам воинствующий и ислам мирный.

У входа в госпиталь города Чилас, округ Диамир, Гилгит-Балтистан, Пакистанский Кашмир. Чилас в этом регионе - оплот суннизма, город, в котором на улице не увидишь женщины, город в котором приезжих не очень любят, город, в котором случаются теракты...

Однако в трудную минуту врачи в этом городе помогли мне, а почти со всеми пациентами больницы (кто был на на ногах), мы общались и рассматривали фотографии, смеялись, шутили. Это простые хорошие люди, а радикальные идеи, к сожалению, можно засунуть в голову человеку любой религии.

black

Состояние пневмоническое, не очень веселое

Здравствуй, воспаление легких. Нежданно-негаданно, как говорится, на ровном месте мы встретились. Здравствуйте, все минусы и плюсы условно бесплатной медицины – мемуары писать можно. И состояния, через которые пришлось пройти, – никаких наркотиков не надо, картинки перед глазами столь веселые пробегали, что порой я опасался за свой рассудок… Но лучше обо всем по порядку.

Сейчас жду знакомого священника. Нет, не для исповеди, а для кое-чего другого. В последние выходные августа я исколесил более тысячи километров по Ярославской области в поисках заброшенных церквей вместе с товарищем olegario, с коим уже не раз катались по различным заброшкам.

Материал нашли уникальный, от чего моя нелюбовь к РПЦ еще больше усилилась – храмы с такими красивыми росписями, что глаз не оторвешь, стоят заброшенные и разграбленные с советского времени и разваливаются, потому что никто их восстанавливать не собирается. Сам я проинтепретировать полученный материал не в состоянии, так как в церковной живописи несведущ абсолютно, поэтому и жду священника…

Далеко не самая красивая и хорошо сохранившаяся роспись, но зацепило…



Collapse )
black

Пакистан, и как страхует РЕСО-гарантия

Я уже писал про то, как в ходе пакистанских приключений и после них пытался добиться хоть какой-то реакции компании-страховщика или хотя бы каких-то комментариев. Речь идет о «РЕСО-гарантии». Все попытки были бесплодны.

Когда на К2 этой зимой погиб Виталий Горелик, РЕСО по всем новостям растрезвонило о том, что оплатило все издержки по эвакуации и т.д. Попробовали бы они не оплатить – российская национальная альпинистская команда штурмовала восьмитысячник зимой, и за этим следили все вплоть до правительства РФ.

Но вот новый и весьма показательный пример. Сейчас на К2 разбилась альпинистка Оксана Морнева, на это восхождение она была застрахована РЕСО-гарантией. Причем в отличие от моей страховки она страховалась именно от альпинистских рисков (кодовое название страховки «спорт-4», покрывает до 35 тысяч долларов). Вот что пишет Оксана (она получила сложный перелом ноги, ее с большим трудом сумели спустить с горы, и тут-то все и началось):

Collapse )
we

Тибет в Пакистане: Нестраховой страховой случай

Всякий раз, вдыхая, мы все сильнее натягиваем лук, из которого вылетит стрела смерти
Тибетская поговорка



Я не люблю людей. Не люблю излишнее общение. Мизантропия так или иначе в наличии у каждого жителя большого города. Не исключено, что это вообще сопутствующие понятия, святых в расчет не берем. Поиск уединения в мегаполисе – дело гиблое, отшельничество тоже не лучший вариант, поэтому каждый пытается что-то свое изобрести. Мне помогла работа.

Однако эта работа постепенно подтачивала силы, пока все не остановилось на грани, и не хватало только толчка, чтобы равновесие нарушилось. Пакистанская жара и обезвоживание стали спусковым крючком.

Collapse )
we

Тибет в Пакистане: Конец песенки

…видя, что буддизм в Западном Тибете пришел в упадок,
он решил послать в Кашмир двадцать одного юношу изучать
санскрит и буддийское учение. Из них только двое смогли
перенести жару и испытание путешествием…

Из истории Тибета.


Поздний вечер. И вновь это ощущение. Жизнь из рук и ног уходит внутрь тела, остается пустота. Удивительно, как конечности перестают мне принадлежать и превращаются в абстракцию, в пародию на самих себя. Плохо, что дома никого. Борюсь с наступающими судорогами, но бесполезно. Пот заливает лицо. Температура уже куда больше обычных за последний месяц 37,4. Дальше ждать нельзя. Надо успеть открыть дверь, пока руки слушаются. Потом снимаю трубку телефона и уже деревенеющими пальцами набираю "03".

Collapse )
we

Тибет в Пакистане: Реанимация номер 2 или спасибо исмаилитам

Снится мне опушка из цветов,
В детских снах забытая опушка:
восемьдесят, девяносто, сто…
Что-то ты расщедрилась, кукушка.


Следующий день пасмурный. Температура всего тридцать градусов где-то, солнце иногда выглядывает из-за высоких облаков, но тут же снова прячется. Едем на север, к Афганистану. Минуем слишком памятное теперь место, где бросались монетки в Инд. Ненадолго останавливаемся у придорожных петроглифов. Местами поверх них что-то написано краской – то ли реклама, то ли кто-то особливо исламско-радикальный боролся с языческим ныне для этой местности буддизмом.

Ничто не напоминает о том, что два дня назад я едва не умер здесь. Вырезанные на камнях Будды, ставшие свидетелями этого, все так же безучастно и отрешенно смотрят на горы сквозь краску. Они и ее переживут – слишком много видели жизни и смерти. Но для меня это странно, ведь я увожу с собой отпечаток этого места. На людях судьбе проще рисовать, мы хороший материал, отзывчивее и восприимчивее камня.

Чилас теперь стал местом, где можно отмечать день рождения. Третий по счету. А впереди – четвертый.

Одно из немногих мест на километры вокруг, где со склона течет вода. Она очень горячая



Collapse )
we

Тибет в Пакистане: Смерть меня подождет или что такое пакистанские больницы

В Пакистане стоит посмотреть на тибетскую его составляющую. Наскальная живопись, петроглифы – проступления древнего времени в нынешнем мире. Они всегда завораживают. А уж когда вдобавок и друг на друга наслаиваются, это такая машина времени, что Уэллсу и не снилось. Окружающее пространство – пустыня – куда лучше музейной тишины. В пакистанском Кашмире древность видна во всей ее первобытности и дикости.

Правда, на этот раз машина времени оказалась слишком лихой. Продолжая аллегорию, я стал во временной петле не только зрителем, но и участником, причем помимо своей воли. Первоначально ход времени замедлился при взгляде на наскальные рисунки, другой раз часы встали, когда приступ непонятной болезни скрутил меня с неимоверной силой, и счет жизни пошел на минуты, хотя происходящее длилось то секунды, то тянулось часами.

Кашмирец на фоне петроглифов, временной разброс которых несколько тысяч лет



Collapse )
black

Пакистан: Пригималайское Прикаракорумье

Палец на ноге трехлетней девочки сильно распух. Из-за корки засохшей грязи, покрывающей ступню, невозможно разобрать, как далеко зашел процесс. Сначала надо отмыть кожу теплой водой, затем в дело идет перекись, наконец загноившуюся рану можно разглядеть. Когда-то это был просто порез. Но еще бы немного, и дальше палец – работа для хирурга.

Нужно было с самого начала продезинфицировать и сделать так, чтобы не попадала грязь. Все это, пока Ксюша обрабатывает рану девочки, сидящей на руках своего бородатого отца в шапке-масудке, я объясняю проводнику на английском, он переводит на урду. Отец согласно кивает, но видно, что понимает мало. Главное, втолковать ему, чтобы он не запускал рану, пока не заживет. Девочка – бессловесное создание с огромными глазами, сосущая чумазый палец, – молчит, хотя ей наверняка больно. Получив бинты, йод, пластырь, перекись и подробные инструкции, горец уходит. На очереди мальчик, оцарапавший голень.

Утро в деревне Нижняя Лойба отдает лазаретом. Паломничество началось еще накануне вечером, когда пришел кашмирец, сказавший, что его жена чуть не умирает от болей в животе. "Ей очень плохо!" – переводил Самандар. – Она не может заснуть, мучается сильно". Ксюша скрылась в недрах палатки в поисках аптечки, а я пытался расспросами выяснить характер болей – по женской части или что-то желудочно-кишечное.

Ниже деревни наконец открывается вид на Диамирский склон Нанга Парбат



Collapse )